Усатый-полосатый 😺

14 329 подписчиков

Свежие комментарии

  • Элеонора Коган
    Они и вправду встретили Ангела, настоящего!!!Ворона и кот сиде...
  • Элеонора Коган
    Замечательный рассказ о прекрасных питомцах и добрейшем человеке, который мимо не прошёл, а всех трёх:ворону, кота и ...Ворона и кот сиде...
  • Халикова Эля
    Чудесный рассказ!!!Ворона и кот сиде...

Рыжая собачка и 2 стакана

Она была маленькой рыжей собачкой с вечно высунутым языком и широко открытыми глазами, полными любви и доверия. В отличие от других ей повезло. Нет, она не была домашней собакой. Она была дворовой, но её все любили. Так уж ей выпало.

Дети и их родители просто обожали Корги. Она играла с детьми, и те смеялись, и в их глазах зажигалось что-то особенно хорошее. А родители умеют это замечать. Дети становились лучше, отзывчивее и добрее, поэтому Корги кормили. До отвала.

Дворовые коты признали её частью их сообщества. Тем более, что Корги не делала различия между котами и домашними собаками, которых выводили погулять. Она облизывала и тех, и других.

Коты морщились и плевались, а домашние собаки прятались от такого обилия ласки за своих хозяев. Короче, вы понимаете, дамы и господа, что Корги была просто приговорена к обожанию всеми. И заслуженно.

Особенно к ней благоволил один пожилой актёр большого городского театра. В этом дворе у всех известных личностей были клички. Их давали мужики, собиравшиеся по выходным «забить козла» или сыграть партию в шахматы.

Вот и актёр получил кличку – Два стакана. Просто потому, что он наливал себе два раза в большой гранёный стакан. И всегда до половины. После чего не притрагивался к выпивке, а предпочитал наливать другим.

Он-то и назвал собачку Корги. И после второго стакана он обычно начинал объяснять мужикам, что собака ему напоминает породу корги. А корги напоминает ему оперу «Порги и Бесс» Гершвина. Странная такая причинно-следственная связь, если не сказать больше…

Мужики переглядывались, и тогда актёр начинал рассказывать им театральные байки. Смешные и печальные. А их у него было множество за долгую службу. Он так и говорил: «Служу в театре, Мельпомене».

Исполнял он заглавные роли и был на хорошем счету. Справедливости ради надо заметить, что он дважды пытался забрать Корги домой. И дважды она сбегала.

Он отсутствовал с утра до вечера. А жил один. Репетиции, прогонки спектаклей, плюс отсутствие семьи — так уж сложилось. Поэтому, бедная собачка, привыкшая ко всеобщему вниманию, чувствовала себя у него дома очень одиноко. И когда она вырывалась на улицу, то оглашала весь двор радостным заливистым лаем. Так что...

Теперь Два стакана просто регулярно кормил её и, выпив, после разговора с мужиками, усаживался рядом с ней и корил за то, что не идёт к нему жить, а потом принимался рассказывать ей о своей жизни. Корги облизывала его, улыбалась и внимательно слушала. Она вообще всегда улыбалась.

Но это ей не помогло. Всё же кто-то из соседей позавидовал тому, что все любят эту собаку, и решил по-своему…

***

И однажды, среди недели, когда все были на работе, приехала служба отлова бездомных животных и легко поймала рыжую собачку. Тем более, что та и не убегала. Она привыкла доверять людям.

Бабульки со скамейки у входа всё подробно описали встревоженному актеру, и на следующее утро он не пошел на работу. Позвонил в театр режиссёру и, объяснив возникшую ситуацию, поехал искать Корги.

Режиссер пообещал его «убить, четвертовать, повесить и утопить» — всё сразу! Он кричал, что пропускать репетиции из-за дворовой собаки недопустимо. Но Два стакана не слушал. Внутри была пропасть беспокойства, страха за жизнь друга и неизвестность.

Он объездил весь город, пытаясь выяснить, куда пристраивают отловленных собак, пока в одном приюте ему не посоветовали ехать в санэпидемстанцию.

Где, как оказалось, во дворе и располагалась служба отлова. Там были маленькие и узкие клетки, в которых в жутких условиях и содержались отловленные животные, ожидавшие своей участи. Незавидной...

Там Два стакана и нашел Корги. Она сидела в малюсенькой клетке, где не могла даже встать. Увидев своего человека, она жалобно заскулила и потянулась к нему.

Два стакана поспешил к руководству. Как выяснилось, распоряжался здесь всем начальник санэпидемстанции. И актёр пошел прямо к нему, пытаясь предложить выкупить собачку, заплатить за чип и за все прививки.

Но оказалось, что всё это не так просто и надо оформлять массу документов. А заниматься этим некому, никто не хочет и вообще... «Легче усыпить собаку, чем вся эта возня»…

И тогда на следующее утро перед воротами, закрытыми на ночь, остановилась машина. Из нее вышел Два стакана и, не захлопнув дверь, пошел прямо к начальнику, где в течение получаса доказал, что он актёр с большой буквы.

Он плакал, заламывал руки и пытался упасть в обморок, пока его не посадили на стул и не выяснили, что произошло, а когда выяснили… Заламывать руки начал начальник санэпидемстанции.

Два стакана, всхлипывая и вытирая слёзы, объяснил ему, что от переживаний за судьбу собачки он случайно сломал ключ в замке зажигания. И на данный момент его машина стоит прямо перед воротами санэпидемстанции, и открыть их не представляется возможным, да и ни к чему — всё равно никто въехать и выехать не может...

Приехавшей по вызову полиции он объяснил то же самое и, разумеется, ему поверили. Я же говорил ранее, актёр он был первостатейный.

К обеду, когда весь день уже был сорван, приехала перевозка и машину актёра отбуксировали в ремонтную мастерскую, где в течение получаса и исправили всё. Начальник санэпидстанции рвал и метал. Он всё отлично понимал, но что он мог поделать?

На следующий день… К моменту открытия ворот и начала работы санэпидстанции, лабораторий и отлова перед воротами, прямо на дороге, расположился цыганский табор. Цыгане пели, плясали, гадали всем и требовали денег. Начальник санэпидстанции рвал волосы на голове и плакал. А вот его работники были в восторге. Ещё бы, такое развлечение. Тем более, что пели цыгане отлично.

Ведь ими руководил высокий пожилой цыган с окладистой и черной, как смоль, бородой. Вы, наверное, уже догадались, кто это? Режиссер именно того театра. Он не смог остаться в стороне, и всю ночь гонял всю труппу, как «сидорову козу», всю труппу, обещая сразу «четвертовать, повесить и утопить» того, кто будет плохо играть. Такую тренировку и импровизацию он никак не мог пропустить.

К обеду, когда полиция уговорила цыган уехать, день для работы санстанции был потерян. А на следующее утро…

Прямо перед воротами этой организации проходила разрешённая демонстрация в поддержку действий властей города перед выборами. За подписью мэра. Он был хорошим знакомым режиссера. И полиция просто ничего не могла поделать. Потому как – разрешение от самого…

***

На четвёртый день Два стакана спокойно забрал Корги. Ему открыл клетку сам начальник санэпидстанции.

Корги не могла стоять на лапах. Всё это время она вынуждена была лежать, Два стакана прижал её к себе и заплакал, а она… Радовалась, улыбалась, облизывала его, и в её глазах светилось счастье.

Теперь актёр выводил её на поводке и, отпустив погулять во дворе, смотрел за ней, а после забирал домой. Но никогда там не оставлял одну. Он брал её на репетиции, и Корги в мгновение ока завоевала сердца прекрасной половины труппы. Они подкармливали её наперебой, чем страшно раздражали режиссёра.

Потому что Корги теперь сидела рядом с ним и внимательно следила за происходящим на сцене. Режиссер, заламывая руки и проклиная всех на свете, кричал диким голосом на актёров, обещая сразу «убить, утопить и четвертовать» сразу эти бездарности… Он обращался к Корги, вопрошая:

«Нет, ты видела!? Ты видела, как играет этот мерзавец? Где правда жизни? Где?!».

И Корги морщилась и осуждающе лаяла.

«Да в этой собаке… Да в этой собаке... — заводился ещё больше режиссер, — актёрского мастерства и понимания больше, чем во всех вас!».

Короче говоря, она стала частью труппы и ходила туда, как на работу...

*****

Умер Два стакана, как и хотел, на сцене. Во время репетиции – прогонки спектакля. Обширный инфаркт. И пока доехала «скорая», сделать уже ничего было нельзя. Все говорили, что такая смерть даётся только самым лучшим актёрам…

Когда его похоронили, режиссер посадил Корги рядом с собой в партере.

«Нам надо поговорить», — сказал он.

Он задёрнул занавес, но забыл закрыть дверь. И начал громко объяснять Корги, что он думает о жизни, об актёрском мастерстве, о Мельпомене, а в конце сказал: «Ты понимаешь... Понимаешь, какое дело. Нет у меня никого, кроме вот этих всех мерзавцев из труппы. И я люблю их всех, и театр люблю. А поэтому… Иди-ка ты ко мне жить. Ты давно стала своей среди нас. И актриса ты отличная. А я тебе роль подыщу. Будешь со мной ходить на репетиции».

Корги встала на задние лапы и лизнула лицо режиссёра, залитое слезами. И тут… Занавес раскрылся, а на сцене стояла вся труппа. Они аплодировали и кричали «Браво!», а женщины почему-то плакали… Ох, уж мне эти актёры, честное слово!

С тех пор… Вы, наверное, думаете, что режиссёр перестал ругаться и кричать? Ничуть. Он точно так же орёт, заламывает руки и обещает всех утопить и четвертовать, но...

Почему-то на него больше никто не обижается, а женщины носят ему обеды. Режиссер сурово на них смотрит и кормит собачку по имени Корги, и пока она не наестся, никогда сам не приступает.

А представительницы прекрасной половины человечества почему-то смотрят на него восхищенными взглядами, за что он на них ругается. Потому как «это падение режиссерского авторитета, и нечего тут…».

Так он и объясняет собачке. И роль он для неё нашел. И орёт на неё точно так же, как и на всех остальных.

А она… Улыбается и в её глазах светится счастье.

Рыжая собачка и 2 стакана

Автор: Олег Бондаренко

взято вконтакте

Картина дня

наверх